5 февраля 2014

Почему нам так нравится секс?

Александр Башкиров

+1Комментировать

Мало кто знает, как разительно человеческие сексуальные нормы отличаются от сексуальных норм остального животного мира. Даже наши ближайшие обезьяноподобные предки сильно отличались от нас в плане сексуального поведения. Ниже мы рассматриваем самые интересные и малоизвестные черты, которыми секс между людьми отличается от секса между животными. Различия между сексуальными нормами людей и зверей возникли под влиянием эволюции. Какие именно эволюционные силы воздействовали на нас (и на животных!), можно узнать из книги «Почему нам так нравится секс: Эволюция человеческой сексуальности», опубликованной американским биологом, физиологом и биогеографом Джаредом Даймондом в 1997 году.

 

Мононорма

Понятие «норма» невозможно без понятия «ненормальность». Нормальными в жизни мы называем те явления, которые встречаются чаще всего. Все отклонения от общего стандарта мы называем ненормальными — это касается и сексуального поведения. В человеческом обществе нормальной считается моногамия: такие уж у нас сложились законы и традиции. Большую часть добрачного секса составляют случайные связи, не подразумевающие долговременных отношений. Подавляющее большинство людей вступают в многолетние сексуальные отношения с одним и тем же партнером, в то время как тигры и орангутаны практикуют исключительно случайный секс. Широкое распространение тестов на отцовство в последние десятилетия подтвердило, что у большинства американских и европейских пар дети действительно рождены от супруга или постоянного партнера матери ребенка.

Определение человеческого общества как моногамного в чем-то иронично. Слово «гарем», которым в наше время описывают семьи зебр или горилл, изначально обозначало устройство человеческой семьи. Полигиния — союз одного мужчины с несколькими женщинам — и сегодня узаконена в ряде мусульманских стран (и американском штате Юта). В некоторых странах (Тибет) до сих пор практикуется полиандрия — союз одной женщины с несколькими мужчинами. Но даже в официально полигинных обществах большинство мужей имеет только одну жену и только самые обеспеченные мужчины могут позволить себе сразу несколько супруг. Гарем арабского шейха или индийского раджи был возможен лишь потому, что отдельному мужчину удавалось сосредоточить в своих руках огромные богатства. Большинство взрослых в большинстве стран и культур вступают в долговременные парные союзы и по большей части моногамны как фактически, так и юридически.

Человеческий брак можно определить как союз, созданный для воспитания детей. При этом о детях больше заботятся матери, нежели отцы. Но большинство отцов занимаются уходом за детьми, их учебой и защитой, обеспечивают свое потомство пищей, деньгами и крышей над головой. Все эти особенности поведения человека (долговременное партнерство, совместное воспитание детей и жизнь в близком соседстве с другими сексуальными парами) составляют то, что мы считаем нормальной человеческой сексуальностью.

Биологические особенности человека (скрытая овуляция, более долгий период сексуальной доступности и менопауза у женщин) отвечают за многие формы нашего сексуального поведения. Но фундаментальные отличия между сексом среди людей и животных все-таки психологические. Где-то на стыке между психологией и биологией возникают самые интересные черты человеческого секса — то, что любовью мы занимаемся наедине и ради удовольствия. Секс между морскими слонами или сумчатыми мышами кажется нам причудливым. Но с точки зрения остальных 4300 видов млекопитающих уж если кто и причудлив в своих сексуальных обычаях, так это именно мы, люди.

 

Скрытый секс

Секс между людьми трудно назвать нормальным даже по меркам наших ближайших родственников: человекообразных обезьян шимпанзе, бонобо, горилл и орангутанов. При этом человеческие сексуальные повадки временами напоминают поведение животных, не принадлежащих к классу млекопитающих. У отдельных видов птиц, лягушек, рыб и насекомых процесс брачного ухаживания похож на то, как ведут себя одинокие мужчины и женщины в барах для одиночек (или на сайтах знакомств). Вместо сайта Mamba.ru животные используют специально отведенное место — токовище. Выйдя на токовище, самцы стараются привлечь внимание самки. Самка выбирает того партнера, который ей больше всего приглянулся, спаривается с ним, а затем удаляется, что произвести потомство. Больше от самца ей ничего не нужно. Характерно, что (как и на сайтах знакомств) зачастую внимание многих самок привлекает один и тот же самец.

Некоторые морские птицы, как и люди, живут колониями в тесном соседстве друг с другом. Но сексуальное поведение этих птиц сильно отличается от нашего: процесс овуляции происходит открыто, женская половая рецептивность и половой акт возможны только в течение фертильного периода, а секс у них никогда не практикуется исключительно ради удовольствия. Карликовые шимпанзе бонобо в этом плане больше похожи на нас: рецептивность самок длится на несколько недель дольше эстрального цикла (совокупности регулярно повторяющихся изменений половой системы у самок млекопитающих). Половой акт доставляет участникам видимое удовольствие. Но, несмотря на все сходные черты поведения, бонобо не скрывают овуляцию, не образуют прочных семейных пар и заботятся о потомстве куда менее тщательно, чем люди.

Культура, язык, отношения между детьми и родителями, способность изготавливать сложные орудия труда — все это делает человека человеком. Палеонтологи связывают эволюцию человека с увеличением размера головного мозга и появлением прямохождения. Но не меньшую роль в нашем развитии сыграла необычная человеческая сексуальность.

У людей во время секса партнеры по браку, как правило, уединяются. Присутствие других людей нам небезразлично. У социальных млекопитающих спаривание происходит открыто, на виду у всех членов стаи, прайда или стада. Во время течки самка варварийской обезьяны спаривается поочередно со всеми самцами стаи, не пытаясь скрыть каждую копуляцию от других самцов. Единственное исключение из правила публичного спаривания зоологи обнаружили у шимпанзе: самец и течная самка могут удалиться из стаи на несколько дней, чтобы вступить в супружескую связь. Однако эта же самая самка шимпанзе может публично спариваться с другим самцом во время того же самого периода течки.

Между человеческими парами и парами животных есть принципиальная разница. Гиббоны, певчие птицы и гориллы живут в природных условиях рассредоточено, причем каждая пара (или гарем) занимает определенную территорию. Такой образ жизни уменьшает вероятность встречи потенциальных внебрачных партнеров. Возможно, самая характерная особенность человеческого общества состоит в том, что каждая пара супругов живет в окружении множества подобных пар, причем все они связаны экономическими отношениями.

Отсюда и возникает потребность человека уединяться ради занятия сексом: отец и мать должны сообща и в течение многих лет растить своих беспомощных отпрысков несмотря на то, что на них обоих посягают другие фертильные взрослые.

 

Секс как развлечение

Самке и самцу павиана не нужен гормональный тест на определение овуляции (момента, в котором женские яичники выделяют яйцеклетку и делают возможным ее оплодотворение). Во время овуляции кожа вокруг влагалища у самок набухает и становится ярко-красной, что хорошо заметно на расстоянии.

Краснозадые самки павиана кажутся нам верхом вульгарности. Но на самом деле необычны тут как раз люди — один из немногих биологических видов, у которых нет явных признаков овуляции. В традиционном человеческом обществе у мужчины нет возможности проверить, готова ли его партнерша к оплодотворению. Впрочем, партнерше такой способ тоже неизвестен. Да, многие женщины испытывают головные боли и другие малоприятные ощущения на середине менструального цикла. Но то, что это все-таки признаки овуляции, ученые установили лишь в 1930 году.

Люди необычны еще и потому, что могут заниматься сексом в любой день эстрального цикла. Это прямое следствие нашей скрытой овуляции. У большинства животных половые акты происходят лишь в течение короткого периода течки, оповещающего о начале овуляции. Даже в наши дни, после десятилетий научных исследований, нельзя с уверенностью сказать, на какой стадии эстрального цикла женщина оказывается наиболее заинтересованной в мужском внимании. Не ясно даже, есть ли у этого цикла вообще циклические колебания. Как следствие, большинство половых актов между людьми приходится на время, в которое женщина не способна к зачатию. Половые отношения между людьми не прекращаются даже во время беременности и после окончания менопаузы — когда никакое оплодотворение невозможно.

Но у нашей сексуальной всеядности есть и психологическое обоснование. Оно крайне неожиданное. По мнению многих ученых, все упирается в полную беспомощность новорожденного человеческого детеныша. У любого другого вида млекопитающих самец после спаривания тут же отправился бы искать другую фертильную самку, чтобы оплодотворить ее. Но если первобытный мужчина бросал свою беременную женщину, то его будущему ребенку грозила голодная или насильственная смерть. Что должна была сделать женщина для того, чтобы удержать возле себя мужчину? Решение одно: ей нужно было оставаться сексуально доступной даже после оплодотворения. Секс ради удовольствия — своего рода психологический цемент, который скрепляет человеческую пару, вскармливающую беспомощного младенца.

 

Война полов

Внебрачный секс пагубно воздействует на семью, особенно в том, что касается сотрудничества родителей в воспитании детей. И все же у нас в ходе эволюции развились скрытая овуляция и постоянная готовность к сексу. С одной стороны для людей характерны устойчивая семья и совместная родительская забота, с другой — постоянный соблазн измены для обоих партнеров.

Данный парадокс породил массу научных теорий, каждая из которых ярко отражает пол автора. Ученые-мужчины полагают, что пещерная женщина, по воле племени отданная генетически второсортному мужу, могла своей постоянной готовностью к сексу привлечь мужчину с первосортными генами и, забеременев от него, обеспечить своему потомству лучшую наследственность. Ученые-женщины ответили другой теорией: пещерные женщины знали о том, что во время родов их ждут боль и большая вероятность смерти, и поэтому сознательно скрывали от мужчин время своей овуляции, чтобы избежать полового акта в фертильные дни. В результате эти женщины реже передавали по наследству свои гены и в конце концов их потомство было вытеснено потомством других женщин, не умевших точно определять, когда у них наступает овуляция.

Теория «папы-домоседа» утверждает, что скрытая овуляция возникла как средство установления моногамии, побуждая мужчину оставаться дома и тем самым повышая его уверенность в своем отцовстве. Согласно «теории многих отцов» скрытая овуляция, напротив, развилась для того, чтобы дать женщине доступ к нескольким сексуальным партнерам. Таким образом, она могла утаивать от мужчин личность настоящего отца.

На протяжении последних семи миллионов лет между сексуальной анатомией человека и шимпанзе появились большие различия. Еще более значительными оказались различия в сексуальной физиологии, и совсем уж разительными — в сексуальном поведении. Все эти отличия объяснимы разницей в образе жизни и условиях обитания человека и шимпанзе. С другой стороны, степень расхождений была ограничена унаследованными признаками. Адаптация к меняющемуся в ходе развития общества образу жизни в сочетании с ограничениями наследственности и создали сплав человеческой сексуальности.

Все женщины в возрасте после сорока или после пятидесяти вступают в период менопаузы, после которого полностью утрачивают способность к деторождению. С другой стороны, у мужчин не наблюдается ничего похожего на менопаузу. И хотя отдельные мужчины в любом возрасте могут испытывать проблемы с фертильностью, не существует определенного возраста, после которого все мужчины полностью утрачивают способность к оплодотворению.

Экономическая роль мужчин отличается от роли женщин во всех сохранившихся до наших дней обществах охотников и собирателей. (Как известно, раннее человечество поголовно было собирателями, а профессия охотника появилась сравнительно недавно.) Мужчины большую часть времени охотятся на крупных животных, тогда как женщины собирают съедобные растения, ловят мелких животных и растят детей.

Хотя сегодня охота перестала быть главным мужским занятием, мужчины по-прежнему добывают пищу для своей семьи, но теперь они делают это, работая в офисах (как, впрочем, и большинство американских женщин). Выражение «добытчик и кормилец» и по сей день напоминает, что с древнейших времен смысл мужской работы заключается в добывании пищи. C точки зрения передачи генов то, что хорошо для мужчины, вовсе необязательно хорошо для женщины… и наоборот. У супругов есть общие интересы, но у них есть и интересы, противоречащие друг другу. Для женщины лучше выйти замуж за «кормильца», однако мужчине выгоднее не быть «кормильцем».

В 1930 году английским биологом и статистиком Рональдом Фишером была выдвинута теория «фишеровского убегания». Самки животных сталкиваются с проблемой выбора самца, несущего хорошие гены, которые он может передать потомству. Задача усложняется тем, что самка не может непосредственно оценить качество генов того или иного самца. Фишер предположил, что часть самок генетически запрограммирована так, что самцы с некими особенностями строения тела привлекают их сильнее, чем прочие. Такой отбор становится саморазгоняющимся процессом: у подобных самцов больше самок для спаривания, следовательно, их гены передаются большему количеству потомков.

Есть ли у человека внешние индикаторы, иллюстрировавшие действие фишеровского убегания? По мнению Джареда Даймонда, таким сигнальным признаком является мужской половой член. Размер человеческого пениса превышает чисто функциональные потребности: у гориллы длина эрегированного пениса составляет чуть больше 3 см, а у орангутана чуть меньше 4 см, в то время как у человека она в среднем более 12 см. При этом четырехсантиметровый пенис орангутана позволяет ему использовать число позиций, сравнимое с человеческим (и уж конечно он далеко опережает нас в умении реализовывать эти позиции, вися на дереве!). Орангутаны же превосходят нас по продолжительности полового акта:  продолжительность коитуса у них в среднем 15 минут, тогда как у человека она составляет всего лишь около 4 минут.